Альманах «Российский колокол» № 4 - Альманах Российский колокол

И, пригнутый крестом,

Под плевки, ругань, смех

Не прошел за Христом –

За себя и за всех!

Почему я объективен?

Почему я объективен?

Потому что НА КРЕСТЕ!

(Мне здесь более обширен

Ракурс, чем вам на земле.)

Вот, пожалуй, и довольно.

Хотя… нет, не промолчу,

Вам еще секрет открою,

Уж не смейтесь, не шучу!

Да и разве здесь до смеха?

Кровью плачется, друзья:

Дело в том, что Человека

До сих пор не видел я.

ОН, конечно, был и будет!

И средь нас, быть может, есть.

И откроется, осудит

Всю земную низость, спесь.

Будет всеми осуждаем

(Уж такой его удел)

И повыше прибиваем,

Чтобы дальше всех глядел!

22 марта 2017 г., Москва

Сергей Емельянов

Коренной москвич. По образованию – математик. Работал в области информационных технологий в сфере планирования и управления. Кандидат экономических наук, заслуженный экономист РФ. Публиковаться начал с 2010 года на сайтах Samlib.ru и Proza.ru. Основное направление работы – non-fiction. Печатные прозаические произведения: «Моя Елизаветка» (Канада, 2016), «Эпизоды» (Канада, 2018), рассказы в альманахах и сборниках Интернационального Союза писателей и Российского союза писателей (Москва, 2020). Стихи пробовал писать с детства, но публикует впервые. Участник (номинант) нескольких литературных проектов. Финалист конкурса «Георгиевская лента 2020».

Кандидат в члены Интернационального Союза писателей с мая 2020 года.

Стихи случаются

Писать стихи давно отчаялся,

Я в этом деле не мастак.

«Стихи не пишутся – случаются,

Не написал – случилось так».

Да, писать стихи, вот так сесть за стол и написать «по заказу» стихотворение – это для меня трудно. Впрочем, не только для меня. Об этом же пишет, например, и Андрей Вознесенский. Вы, конечно, сразу узнали, что в приведенном выше четверостишии две последние строки его.

И все же и у меня иногда «случается» что-то, что, надеюсь, можно назвать стихами. Случается это по самым разным причинам. Как-то за чаепитием я случайно наткнулся на такую рифму: «с Аленой – соленый». Мне нравятся такие, как я их называю, полные или глубокие рифмы, когда рифмуются не только окончания слов, а практически все слова. А здесь именно такая рифма – глубокая.

Первые две строчки сложились легко, вот и получилось (случилось!) нечто детское.

Считалка

Мы пошли гулять с Аленой,

Огурец соленый.

Солнце светит, день погожий.

Во дворе стоит прохожий.

Пригляделись: это Вовка,

Мать его – воровка!

Он – непойманный бандит,

Хоть милиция и бдит.

Вид его довольно жуток,

Нам с Аленой не до шуток.

Он уже идет навстречу,

Он кричит нам: «Покалечу!»

Мы скорей назад, в подъезд,

Ведь иначе он нас съест!

Прибежали мы домой,

Фу-ты, ну-ты, боже мой!

Тут и кончилась прогулка,

По-то-му что э-то ут-ка.

А вот другой случай. Как-то я был в гостях у знакомых, которые очень любят домашних животных. Кого только у них нет! Но есть у этой любви и оборотная сторона. Какая – вы поймете из следующего стихотворения…

Сон

Как-то мне приснился сон,

Будто в дом явился слон.

С ним была еще и утка,

Привезла ее маршрутка.

Прилетел и воробей,

Прочирикал: «Не робей,

Все мы – люди, звери, птицы,

Жить порознь нам не годится.

Будем жить здесь, как в хлеву,

И во сне, и наяву».

Так глаголил воробей

От себя и за зверей.

Я подумал: «Что за бредни,

Перепил вчера я бренди».

И… проснулся. Кончен сон.

Слава богу, я спасен.

В книге воспоминаний Ирины Одоевцевой «На берегах Сены» приведено начало неопубликованного стихотворения некогда весьма популярной русской писательницы, известной под псевдонимом Тэффи. Вот оно:

Тридцать три и три кота

И четыре кошки…

Эти две строчки так привязались ко мне, что я не знал, как от них отделаться. Тогда я решил сам написать стихотворение на «кошачью» тему, и вот что у меня получилось.

Три кота

Как-то в полдень три кота,

С ними еще кошка

Собралися у пруда

Отдохнуть немножко.

Впереди большущий кот,

Эдакий котяра,

Жрет, зараза, антрекот,

На других не глядя.

Кошка смотрит ему в рот,

Хлопает глазами,

А он жрет себе и жрет,

Шевелит усами.

Сцену эту видел я,

Сидя у окошка.

Точно было три кота,

А еще и кошка.

Следующее стихотворение случилось в разгар карантина из-за COVID-19, когда казалось, что он никогда не кончится. К счастью, это оказалось не так.

Карантин

В Москве режим самоареста.

Погасли свечи, свет померк.

Не нахожу себе я места,

Окончен жизни фейерверк.

Сижу без срока, без причин

За то, что слишком долго жил,

Что так решил высокий чин,

Короче, ясно – заслужил.

Гулять, дышать без разрешенья,

Весну в Сокольниках встречать,

В церквях вымаливать прощенье

Теперь нельзя – на всем печать.

Когда ж иссякнут злоключенья,

Увижу ль снова город мой?

Туманны властные реченья,

Молчит и вирус, он немой.

Давным-давно я прочитал такие строки Велимира Хлебникова:

Мне мало надо: краюху хлеба

И каплю молока,

Да это небо,

Да эти облака.

Был я тогда молод, настроения имел максималистские и потому решил «изложить свою позицию».

Мне надо много

Мне